Ассоциация флебологов РОЗЕТКИ

ДУРЕМАР АФР

Неофициальный сайт
Ассоциации флебологов Розетки

 

Впервые после исключения из МОО "АФР" Вадим Богачев прерывает молчание

 

16 сентября день рождения отмечает известный российский флеболог профессор Вадим Богачев. Поздравляем!

Сенсация! Вадим Богачев впервые после исключения из МОО «АФР» прервал молчание и ответил на вопросы «Дуремара АФР».

Мы публикуем текст-трейлер этого интервью, а также снимок, предоставленный нам пожелавшим остаться неизвестным папарацци из агентства «Вспышка».

 

Е.С.:

3 сентября 2019 года в фейсбуке появилось так называемое «Письмо президента АФР Стойко Ю.М. Так называемое, потому что подписантов двое: «Президент АФР, проф. Стойко Ю.М., Исполнительный секретарь АФР, проф. Золотухин».

Это письмо изобилует неточностями, в том, что касается истории общественной организации «Ассоциация флебологов России» - организации созданной и зарегистрированной в 1998 году академиком В.С. Савельевым.

Вы в 1998 году совсем молодой человек наблюдали создание Ассоциации флебологов России, можно сказать, с близкого расстояния.

 

В.С.Савельев не учреждал АФР. Когда возникла эта аббревиатура?

 

В.Б.:

Аббревиатура АФР перекочевала в новую межрегиональную ассоциацию во время ее регистрации. Вероятно, она может означать «Ассоциация Флебологов Регионов или Региона».

 

Е.С.:

Нет, я другое имела в виду. До межрегиональной общественной организации флебологов мы ещё дойдём. Когда появилось это сокращение? Или сразу же вместо длинного «Ассоциация флебологов России» стали употреблять АФР?

В UIP вступала Ассоциация флебологов России или АФР?

 

В.Б.:

В UIP вступала Ассоциация Флебологов России, статус которой был подтвержден переведенными на английский язык (с заверенным переводом) Уставом и Свидетельством о регистрации, выданным Минюстом России, в котором было прописано название- «Ассоциация Флебологов России». Аббревиатура AФР была использована внутри России в качестве Лого.

 

Е.С.:

Когда-то на старом-старом сайте Ассоциации флебологов России можно было прочитать: «В состав Исполнительного Совета общественной организации были избраны Богачев В. Ю. (ответственный секретарь, Москва), Жуков Б. Н. (Самара), Константинова Г. Д. (Москва), Кательницкий И. И. (Ростов-на-Дону), Макарова Н.П. (Екатеринбург), Стойко Ю. М. (Санкт-Петербург), Алекперова Т.В. (Москва)».

То есть, Вы входили в первый состав Исполнительного совета Ассоциации флебологов России. Как долго Вы оставались ответственным секретарём Ассоциации (таким было официальное сокращённое название Ассоциации флебологов России), а затем должность, кажется стала называться исполнительный секретарь?

 

В.Б.:

В старом Уставе была прописана должность Ответственного Секретаря, назначаемого Президентом и исполняющего его поручения. Я оставался ответственным секретарем весь срок существования «старой» Ассоциации Флебологов России.

 

Е.С.:

Объясните, что значит, «весь срок существования «старой» Ассоциации Флебологов России»? Уточните, пожалуйста, годы.

Из Вашего ответа получается, что существует ещё и «новая Ассоциации Флебологов России»?

 

В.Б.:

Поправлюсь, старая и единственная Ассоциация Флебологов России» и новая Ассоциация Флебологов. Я могу путаться в датах, так как память у меня событийная, но Ассоциация Флебологов России, основанная В.С. Савельевым, получила регистрационные документы в конце 90-х, в 2001 году она на съезде UIP в Риме была принята в UIP. Запрос от минюста России о перерегистрации пришел накануне, по-моему, четвертой по счету конференции АФР, которая была организована в Бакулевском Центре и на ней чествовали В.С. Савельева, которому исполнилось 80 лет (это был май 2008 года). Так вот, весь этот период я оставался ответственным секретарем АФР. В МОО Ассоциация Флебологов я был только членом исполкома.

 

Е.С.:

В письме президента Стойко Ю.М. говорится, что в 2014 году было принято «решение о перерегистрации Ассоциации в связи с изменившимися с 1997 г. требованиями законодательства РФ». Судя по ЕГРЮЛ перерегистрации общественной  организации «Ассоциация флебологов России» не произошло. Она была закрыта в августе 2018 года.

В 2017 году в Нижнем Новгороде была зарегистрирована межрегиональная общественная организация «Ассоциация флебологов». Устав МОО «АФР» (сокращённое наименование) утверждён учредительным съездом 30 ноября 2016 года. Никаких упоминаний о таком съезде нет. Вы были на этом съезде? Расскажите, как он проходил.

 

В.Б.:

Я принимал участие в cъезде флебологов в Нижнем Новгороде. Это был май 2014 г. На нем А.И. Кириенко представил структуру управления новой ассоциации с появлением 4 вице-президентов, советников президента, исполкома и т.д. Устав там не обсуждался, так как он был подготовлен позже. На каком мероприятии был обсужден Устав, о котором Вы говорите, я не знаю.

 

Е.С.:

Цитата из письма президента Стойко: «Нами был подготовлен пакет документов, доказывающий прямую преемственность нашей Ассоциации от Ассоциации, основанной академиком Савельевым В.С.». То есть, Юрий Михайлович признаёт, что есть «наша Ассоциация», т.е. межрегиональная общественная организация «Ассоциация флебологов», и это совсем не то же самое, что Ассоциация флебологов России. В Уставе МОО «АФР» сказано, что это вновь созданная общественная организация. Что было принято специальное решение о преемственности?

 

В.Б.:

Я не очень понимаю в данном контексте термин «преемственность», а также не понимаю, как преемственность может быть подтверждена неким пакетом документов. В моем понимании преемственность может быть в управлении, политике, науке и т.д., при условии, если преемственность осуществляется в неких постоянных границах. Подтверждается же преемственность не бумагами, а конкретными поступками. В данном случае речь идет о закрытии (не добровольно, а по решению минюста и суда) одной организации и открытии другой, с новым статусом, новым уставом, новым составом, новым руководством и новой политикой.

 

 

Е.С.:

Не могу согласиться с Вами. Существует же правопреемственность юридических лиц.

Но, в данном случае об этом нигде не сказано в документах, которые мы видим. Тогда на чем основывались 19 из 22 членов, «которые подтвердили правопреемственность Ассоциации»?

На одном  желании быть общероссийской организацией?

 

В.Б.:

Правопреемственность юридических лиц прописывается отдельной строкой в зарегистрированных/заверенных документах и, обычно, касается товарно-денежных отношений, то есть гарантии поставок, производства, оплаты и др. В данном случае речь идет о закрытии одного юридического лица и открытии другого. Открытое вновь юр лицо имеет другой Устав, другое название, другой счет в банке, другое географическое место регистрации, другую систему управления. О какой преемственности, как юридической категории, может идти речь?

 

Е.С.:

Вас в письме Президента Ю.М. Стойко и И.А. Золотухина обвиняют в «деструктивных действиях, предпринятых против АФР». Можете пояснить, что именно произошло?

 

В.Б.:

В UIP давно обсуждалась информация о том, что старая АФР, которая туда вступала в 2001 году прекратила свое существование, и что АФР, которая там представлена – новая организация. В таком случае, новая АФР должна проходить все стандартные процедуры по вступлению в UIP, или, как минимум, проинформировать UIP об изменении своего статуса с Российского на Межрегиональный. Ничего из этого сделано не было. Мне, как ответственному секретарю старой АФР, был направлен запрос от имени одного из вице-президентов UIP (Л.Кабника) с просьбой прояснить ситуацию. В своем ответе я написал абсолютную, документально подтвержденную правду, что старая АФР была закрыта, а новая АФР открыта, но со статусом межрегиональной, и регистрацией в Нижнем Новгороде.

 

Е.С.:

А Вы внимательно читали Устав межрегиональной общественной организации «Ассоциация флебологов?

 

В.Б.:

Я внимательно читал Устав в тех разделах, которые меня интересовали.

 

Е.С.:

Спрашиваю потому, что там можно прочитать в разделе Предмет деятельности Ассоциации: <…>

- определение необходимости и потребности отечественной ангиологии в создании лекарственных средств, конструировании и изготовлении новых медицинских приборов, инструментов, материалов для диагностики и лечения заболеваний сосудистой системы». То есть, речь идёт не уже только о флебологии?

В.Б.:

В данном случае речь идет об экспертной оценке потребностей флебологических пациентов в инновационных препаратах и оборудовании. Поскольку вены являются частью сосудистой системы, а артериальная и венозная ее части тесно функциональной связаны, то интегрирующий термин «ангиология», в который инкорпорированы артерии и вены у меня не вызывает вопросов.

Е.С.:

А что-нибудь в этом Уставе вызывает у Вас вопросы?

 

В.Б.:

Я не юрист, но, если Устав Ассоциации Флебологов России занимал 5 листов машинописи и нем были прописаны все процессуальные моменты, как-то: технология выборов и перевыборов Президента, руководящих органов, ревизионной комиссии и т.д., то Устав МОО Ассоциации Флебологов имеет кучу «дыр». Например, в Уставе АФР Президента избирал съезд. В уставе МОО АФ Президента избирает исполком. При этом не прописано из кого он избирается, тайно или открыто, альтернативно или безальтернативно. А это принципиальные вопросы, касающиеся легитимности будущего Президента. Непонятно какой орган должен быть переизбран первым Президент или исполком. У меня создается впечатление, что Устав МОО АФ писался очень быстро без серьезной юридической проработки. Из-за этого сейчас функционеры МОО АФ вынуждены судорожно выправлять Устав в отношении членских взносов, этической комиссии, ревизионной комиссии и т.д.

 

Е.С.:

Что стоит за Вашим, на мой взгляд, сенсационным исключением из вновь созданной ассоциации флебологов, функционеры которой беспрестанно твердят о преемственности?

В.Б.:

Формальным поводом для исключения меня из ассоциации стала хроническая неуплата членских взносов. Я публично объяснял свое нежелание платить их отсутствием положения о членских взносах, без которого они превращаются в добровольную донацию, а также отсутствием прозрачной финансовой политики руководства ассоциации.

Реальной причиной моего исключения я считаю опасения руководства ассоциации неприятных вопросов, касающихся финансов ассоциации и технологии принятия решений, которые я мог бы задать на очередном съезде.

 

Е.С.:

Скажите, а чем Вы в настоящее время занимаетесь?

В.Б.:

В настоящее время я профессор РНИМУ им. Н.И. Пирогова, кроме этого, я со-организатор и совладелец частной флебологической клиники ООО «Первый Флебологический Центр», где веду первичный прием и провожу амбулаторные операции.

Е.С.:

Как Вы оцениваете научную составляющую деятельности МОО «АФР»? Следили ли Вы за созданием научного комитета? Как Вам идея электронным голосованием выбирать лучшую статью?

 

В.Б.:

Научная составляющая любого профессионального союза базируется на научной активности его членов, которую необходимо поддерживать грантами, научными командировками, стажировками, открытием доступа к авторитетным международным журналам и т.д. Этого нет. Что касается научного комитета или совета, то смысл его создания, путем формального включения в него подавляющего большинства членов ассоциации по непонятным критериям, вызывает вопросы не только у меня. Получается ассоциация внутри ассоциации, но со специальными полномочиями и со своим лидером. Логичнее и проще создавать рабочие группы внутри ассоциации и подчинять их членам совета. Идея электронного голосования, как показали выборы депутатов в Москве, весьма сырая. Раньше, в журнале «Флебология» голосование объявляла редколлегия, и его результаты аккумулировались у выпускающего редактора- сотрудника издательства, не имеющего к ассоциации никакого отношения. То есть, по умолчанию было более защищенным от лоббизма и вмешательства из вне.

 

Е.С.:

Раз уж мы заговорили о премиях. Когда-то Ассоциацией флебологов России была учреждена премия имени Е.Г. Яблокова. Что-то не слышно о ней ничего.

В.Б.:

Премия Е.Г.Яблокова была учреждена после его смерти, и вручалась один раз на второй конференции АФР в Москве. После этого об этой премии и о роли Е.Г. Яблокова в отечественной флебологии в официальных анналах новой АФР не упоминается, хотя Е.Г. Яблоков по своим заслугам мог бы быть посмертно включен в список почетных членов АФР, как, впрочем, и В.С. Савельев.

 

 

Е.С.:

Вы были видным функционером (в этом слове для меня нет никакого негатива) Ассоциации флебологов России. Если премию кто-то учреждал, то кто-то и отменял. Это были коллегиальные решения? Конференции? Исполнительного совета?

В.Б.:

Первоначальное решение об учреждении премии имени Е.Г. Яблокова было принято В.С. Савельевым (Президентом), А.И. Кириенко (Исполнительным директором) и Б.Н. Жуковым (Вице-президентом). Почему эта премия в дальнейшем исчезла я не знаю.

 

Е.С.:

Кто эти люди, которые в комментариях к письму Ю.М. Стойко улюлюкают: «гнать поганой метлой» и т.д.? Оценку «нравится» его письму поставили письму 28 человек. Маловато. Ведь в своём письме Ю.М. Стойко говорит, что ассоциация является одним из наиболее известных среди хирургов нашей страны профессиональных обществ.

В.Б.:

Лайки поставили люди, либо не знающие всю предысторию данной ситуации, либо аффилированные с руководством ассоциации. То, что их всего 28 человек, говорит о том, что многие из членов ассоциации не согласны с политикой ее руководства, но в силу разных причин не выступают открыто.

Е.С.:

Усердствует Евгений Илюхин. Я помню его по форуму Ассоциации флебологов России. Он буквально преследовал Вас, вставляя реплики в любую ветку, где Вы высказывались. А теперь говорит о «безосновательных обвинений руководства АФР в присвоении денег», изумительна его формулировка «лживый пасквиль». Что происходит с людьми? Вас это не удивляет?

В.Б.:

У меня нет претензий к Е. Илюхину, если он выражает свою собственную позицию. Может быть,  он располагает более объективной информацией о финансах ассоциации, чем я, но не делится ей из-за неких обязательств перед другими корпорантами. Что касается формулировок «лживый пасквиль», «дадим отпор предателям и вредителям» и т.д., то это в нашей истории уже было.

Е.С.:

Не могу не спросить, почему вопрос о финансах возник только в этом году? Ведь финансовая отчетность не подавалась как минимум с 2013 года. Почему не возникало вопросов по финансовой отчетности конференций 2014, 2016 годов? А по 2018 году возник?

В.Б.:

Вопрос о финансах возникал регулярно. С АФР было все просто, деньги за организацию выставок поступали на счет АФР и оттуда уже переводились на аренду залов, организацию питания, печать тезисов и т.д.  Первый вопрос по финансам возник в Нижнем Новгороде в 2014, так как там был поднят вопрос об уплате членских взносов. Я выступил против, мотивировав необходимостью сначала подготовить Устав, зарегистрировать юридической лицо, открыть счет, а потом уже совершать финансовые операции. Меня поддержали несколько человек, у которых был опыт финансовой деятельности. Но, наши возражения А.И. Кириенко проигнорировал. В дальнейшем я неоднократно поднимал вопрос о финансах, но безуспешно. Обострение финансового вопроса сейчас связано с выборами нового Президента и др. функционеров МОО АФ, которое должно пройти в Ярославле. Понятно, что Новому Президенту, а реальных кандидатов на этот пост немного, достанется не только МОО АФ, но и контроль ее весьма туманной на сегодняшний день финансовой деятельности.

Е.С.:

Помимо «письма Ю.М. Стойко» в фейсбуке есть ещё и письмо глубокоуважаемого мной С.В. Сапелкина от 11 сентября, нынешнего вице-президента МОО «АФР». Он пишет буквально следующее: «Все вопросы, на мой взгляд, должны касаться будущего устройства АФР и никак не затрагивать предшествующие этапы. Ассоциация флебологов России (АФР) была всегда известна в нашей стране, как научное сообщество единомышленников с определенными традициями и большим научным потенциалом».

Противоречие же! С одной стороны, надо забыть про «предшествующие этапы», а с другой – «Ассоциация флебологов России (АФР) была всегда известна в нашей стране».

Какая-то необъяснимая тяга к неправомерному использованию бренда Ассоциации флебологов России. На сайте, на всевозможных школах…

В.Б.:

Уважаемый мною С.В. Сапелкин нашел в себе мужество и силы сформулировать начальную переговорную позицию. Судя по тому, что обращение С.В. Сапелкина не поддержано лайками ключевых функционеров и активистов МОО АФР, можно думать, что это обращение не было согласованно с руководством МОО АФР.

С.В. Сапелкин выражает свое собственное мнение, так как под обращением стоит только его подпись. Что касается предложения забыть прошлое и думать о будущем, то это красивая утопия, так как хорошо известно, что будущее стоит на фундаменте прошлого. 

Что касается использования ЛОГО «АФР» на мероприятиях любого уровня, будь то съезд, конференция, школа и т.д., то это определенный статус, подчеркивающий значимость и важность данного события. К звучному бренду «АФР» все привыкли, и врачи, и общественные медицинские организации, и различные фирмы. Я уже говорил, что его можно расшифровывать как «Ассоциация Флебологов России» и как «Ассоциация Флебологов Регионов». Лого то же, смысл другой. Формирование нового бренда с новым ЛОГО, приносящего моральные и физические дивиденды, занимает много лет, требует больших усилий и первоначальных вложений. Ребрендинг в такой консервативной специальности, как медицина, обычно заканчивается временным или постоянным снижением спроса. Вот почему, быть «преемником» с правом использования и продажи бренда «АФР» выгодно и не хлопотно.

 

Е.С.:

Ладно бы они использовали бренд «АФР», но они же везде пишут Ассоциация флебологов России!

В.Б.:

Мне кажется, что это связано с юридической безграмотностью и не пониманием риска крупных неприятностей, которые грозят за незаконное использование слогана «России». Во всех крупных профессиональных союзах есть юристы, которые контролируют промоционную активность профессионального союза. При такой активной деятельности, как проведение конференций, школ, мастер-классов, МОО АФ просто необходим грамотный юрист.

Е.С.:

Удивительно, что руководству МОО «АФР» не пришло в голову посмотреть на ситуацию с межрегиональной общественной организацией "Ассоциация флебологов" с другой стороны. Через пару лет они могли бы вступить в международные профессиональные организации под своим именем. Но они упорно продолжают проводить конференции, называя их конференциями уже несуществующей Ассоциации флебологов России. Им выгоднее проводить конференции с вывеской «МОО АФР»! Рано или поздно придётся легализоваться…

 

В.Б.:

Опять же это с одной стороны амбиции, с другой юридическая безграмотность, с третьей жадность, с четвертой отсутствие перспективного планирования.

Е.С.:

Вы говорите, что С.В. Сапелкин сформулировал «начальную переговорную позицию». Кого с кем, на Ваш взгляд?

В.Б.:

Сегодня в России 3 активно работающие общественные организации флебологической направленности. Это МОО АФ, НКФ, Санкт-Петербургская ассоциация флебологов. Эти организации работают в общероссийском масштабе. МОО АФ и питерцы- на уровне организации конференций и съездов, НКФ- единственная организация, имеющая федеральную регистрацию, занимается подготовкой и экспертизой разрешительных флебологических документов. Есть еще куча региональных организаций, а также отдельных узконаправленных проектов. В результате в течение года не согласовано проводятся 3-4 флебологических мероприятия федерального уровня и около десятка однодневных конференций. Очевидно, что это ненормально. Любой научно-педагогический процесс нуждается в регулировании, структурировании и лицензировании. Это все понимают. Думаю, что это одна из важных тем переговорного процесса между лидерами флебологического сообщества.

 

Е.С.:

Сколько-то лет назад мы с Вами говорили о специальности «флеболог». Официально она так и не появилась. Не находите ли Вы, что в такой ситуации спор о флебологическом первородстве просто смешон?

В.Б.:

Если много лет назад я находился в сомнении по поводу необходимости специальности «флеболог», то в нынешних условиях у меня нет сомнений, что она не нужна. Сегодня «флеболог» это человек, у которого может быть одна из 5 или все 5 официальных специальностей. Отличием служит только узкая сфера профессиональных интересов- заболевания вен.

В данном вопросе я реалист. В России сертифицируемых медицинских специальностей более 90, 92 кажется. В Европе и США- пара десятков. При этом, уровень здравоохранения несравнимо выше и по качеству, и по логистике. То есть, мы стоим скорее перед вопросом сокращения специальностей, а не их расширения на еще одну- флебологию.

Е.С.:

Флебологической столицей сейчас по-прежнему является Москва, как это было во времена создания Ассоциации флебологов России?

В.Б.:

Лидерство московской школы в этом направлении утрачено навсегда. Появились новые центры в Новосибирске, Челябинске, Екатеринбурге, Санкт Петербурге, Краснодаре, Казани и т.д. При нынешней ситуации говорить о первородстве можно только в историческом аспекте, как о некогда великих цивилизациях- Египте, Ассирии, Греции и т.д.

Е.С.:

Навсегда ли утрачено лидерство московской школы? Как-то слишком пессимистично звучит Ваше утверждение?

В.Б.:

Москва, как лидер флебологии, напрямую связана с моим учителем В.С. Савельвым, которому удалось сформировать вокруг себя и возглавить флебологический ареопаг, члены которого в последующем стали флебологическими лидерами в своих направлениях. Это Э.П. Думпе, Р.П. Аскерханов,  В.И. Прокубовский, П.Г. Швальб, Е.Г. Яблоков, А.И. Кириенко, Г.Д. Константинова, И.Г. Костенко, А.В. Каралкин, А.Р. Зубарев, А.Е. Богданов и др. Флебологическая школа В.С. Савельева была самой мощной и прогрессивной в СССР вплоть до его распада. Для возрождения лидерства московской флебологической школы нужен человек масштаба В.С. Савельева, появление которого в моем обозримом будущем не предвидится.

 

Полный текст интервью уже скоро!



© 2006—2019 «Дуремар АФР»
Создание сайтов — веб-студия ITSoft